vito_fx

Хотя по образованию и профессии Д.Канеман является психологом, присуждение ему премии им. А.Нобеля по экономике в 2002 вызвало одобрение среди экономистов, признающих большое значение его трудов для экономической науки. Канеман стал первым израильтянином и вторым «не-экономистом» (после математика Джона Нэша), который получил Нобелевскую премию по экономике.

Главный объект исследований Канемана – это механизмы принятия человеком решений в ситуации неопределенности. Он доказал, что принимаемые людьми решения существенно отклоняются от того, что предписано стандартной экономической моделью homo economicus. Критикой модели «человека экономического» занимались и до Канемана (можно вспомнить, например, нобелевских лауреатов Герберта Саймона и Мориса Алле), но именно он и его коллеги впервые начали систематически изучать психологию принятия решений.

В 1979 появилась знаменитая статья Теория перспектив: анализ принятия решений в условиях риска, написанная Канеманом в соавторстве с профессором психологии Амосом Тверски (Иерусалимский и Станфордский университеты). Авторы этой статьи, положившей начало так называемой поведенческой экономике (behavioral economics), представили результаты огромного количества опытов, в ходе которых людям предлагалось совершать выбор между различными альтернативами. Эти эксперименты доказали, что люди не могут рационально оценивать ни величины ожидаемых выгод или потерь, ни их вероятности.

Во-первых, обнаружилось, что люди по-разному реагируют на эквивалентные (с точки зрения соотношения выгод и потерь) ситуации в зависимости от того, теряют они или выигрывают. Это явление называют асимметричной реакцией на изменение благосостояния. Человек боится потери, т.е. его ощущения от потерь и приобретений несимметричны: степень удовлетворения человека от приобретения, например, 100 долларов гораздо ниже степени расстройства от потери той же суммы. Поэтому люди готовы рисковать, чтобы избежать потерь, но не склонны к риску, чтобы получить выгоду. Во-вторых, эксперименты показали, что люди склонны ошибаться при оценке вероятности: они недооценивают вероятность событий, которые, скорее всего, произойдут, и переоценивают гораздо менее вероятные события. Ученые обнаружили интересную закономерность – даже студенты-математики, хорошо знающие теорию вероятности, в реальных жизненных ситуациях не используют свои знания, а исходят из сложившихся у них стереотипов, предрассудков и эмоций.

Вместо теорий принятия решений, основывающихся на теории вероятностей, Д.Канеман и А.Тверски предложили новую теорию – теорию перспективы (prospect theory). Согласно этой теории, нормальный человек не способен правильно оценивать будущие выгоды в абсолютном выражении, на самом деле он оценивает их в сравнении с некоторым общепринятым стандартом, стремясь, прежде всего, избежать ухудшения своего положения. С помощью теории перспективы можно объяснить многие нерациональные поступки людей, не объяснимые с позиций «человека экономического».

По мнению Нобелевского комитета, продемонстрировав, насколько плохо люди умеют прогнозировать будущее, Д.Канеман «с достаточным основанием поставил под вопрос практическую ценность фундаментальных постулатов экономической теории».

США по добыче нефти уже сейчас на третьем месте в мире (после России — 10,54 миллиона баррелей и Саудовской Аравии — 8,8 миллиона баррелей).

Все дело в открытии гигантских месторождений горючих сланцев и в технологиях добычи из них так называемых масел, которые приравниваются к нефти.

Компания Goldman Sachs в сентябре заявила, что к 2017 году объем добычи нефти в США превзойдет объем добычи в Саудовской Аравии. США будут производить 10,9 миллиона баррелей в день.

Что же получается? Москва, напрягая ресурсы и пренебрегая интересами будущих поколений, гордится тем, что находится на первом месте в мире по добыче нефти, занимая только седьмое по разведанным запасам. Но это пиррова победа.

Во-первых, новые квоты ОПЕК, как и обострение кризисной обстановки вокруг евро, приближают снижение цен на нефть.

Во-вторых, расклад сил на нефтяном рынке меняется. В среднесрочной перспективе на роль первой скрипки выдвигаются США, а это значит, что ресурсы проведения Россией собственной геополитической игры в духе «энергетической сверхдержавы» тают. Как тает и политический авторитет даже в ближайшем окружении на просторах СНГ.

В-третьих, оказывается, что и как углеводородный придаток развитых стран Россия теряет привлекательность. А никаких других прорывов, кроме увязания в гонке вооружений, не предвидится – «спасибо» кризису управления.


Торговый дефицит США естественно будет сокращаться в этой связи.

Счет текущих операций к ВВП  и индекс доллара.